била сжатыми кулаками воздух, светлые спутанные волосы падали ей на глаза, а. крутая, выгоревшая на солнце прядь, свешивалась над самым кончиком носа и смешно вздрагивала. Выражение скуластого, с твердо стиснутыми губами лица ее было сосредоточенно и серьезно, словно, она занималась невесть каким важным делом.
Попрыгав на одном месте, она, бурно дыша., снова подошла к окну и, закинув руки за, голову, купаясь в потоке солнечного света, тихо засмеялась.
— Ты чего? — спросила Ксения. Сестра, жмурясь, смотрела на нее.
— Да так... Угадай, кто вчера провожая меня из клуба?
— Больно интересно! — И напрасно...
Васена лихо, по-мальчишески, свистнула, засунув четыре пальца в рот, потом с разбегу прыгнула на кровать к сестре, и Ксения инстинктивно прикрыла руками живот.
— Вот сумасшедшая!
— Ни за что не узнаешь! — Поджав под себя ноги и чуть покачиваясь, Васена загадочно улыбнулась.— Ну так и быть, скажу, но, чур, по секрету...— Она наклонилась к сестре.— Твоя бывшая симпатия — Константин Мажаров!.. Представляешь? Репетирую с ребятами пьесу, а он входит, весь в снегу, сдирает со своей бороденки ледышки...
— Перестань кривляться, Васка! — Ксения отстранилась от сестры, чувствуя, как одно упоминание имени Мажарова вызывает в пей досаду, почти раздражение.— На тебя это похоясе — не успела познакомиться с человеком и уже вешаешься ему на шею!
— И совсем не вешаюсь!.. И Мажаров, по-моему, симпатичный дядька. Чего ты взъелась?
Васена стремительно соскользнула с кровати, схватила с этажерки гребень и, расхаживая по горенке, стала расчесывать светлые волнистые волосы, оя?есточенно рассекая спутанные пряди.
— Удивляюсь я тебе, Ксюш! Ты у нас самая правильная в семье, все считают тебя справедливой, но почему ты так относишься к Мажарову? Ну что он тебе сделал плохого? Что десять лет назад провожал тебя из клуба, а потом, не сказав, уехал отсюда? Да? И ты не в силах это ему простить, да?
— Ловко он тебя обработал! Выходит, ты больше веришь ему, чем родной сестре?
—