гость.
– Вы когда-нибудь пили шампанское? Ну конечно же, пили.
– Да, много-много лет тому назад, на серебряной свадьбе моих родителей.
– Вам понравилось?
– Да, припоминаю, это было очень вкусно.
Нагель позвонил и велел подать шампанского.
Они потягивают шампанское и курят. Вдруг Нагель, пристально взглянув на Минутку, говорит:
– Скажите… Я хочу задать вам один вопрос, который может показаться смешным. Согласились бы вы, конечно, за известную сумму, чтобы вас записали как отца в метрику ребенка, отцом которого вы не являетесь? Мне это пришло в голову просто так, я не имею в виду ничего определенного.
Минутка глядел на него широко раскрытыми глазами и молчал.
– За небольшое вознаграждение, крон в пятьдесят, или, скажем, даже, в две сотни, сумма здесь не имеет значения, – сказал Нагель.
Минутка покачал головой и долго молчал.
– Нет, – проговорил он наконец.
– В самом деле не хотите? Деньги я выплатил бы наличными.
– Все равно! Нет, этого я сделать не могу. Этой услуги я оказать вам не в силах.
– А собственно говоря, почему?
– Не просите больше, оставьте меня. Я ведь тоже человек.
– Да, быть может, это действительно уж слишком, с какой стати вы обязаны оказывать кому-то такую услугу? Но мне хочется задать вам еще один вопрос: согласились бы вы… Ну, могли бы вы, за пять крон, конечно, пройтись по городу с газетой или бумажным кулем на спине?.. Вы выйдете отсюда, из гостиницы, потом направитесь на рыночную площадь и на пристань… Согласны вы это сделать? За пять крон?
Минутка смущенно склонил голову и механически повторил: «Пять крон», но ничего не ответил.
– Ну да, за пять или за десять крон. За десять крон вы бы это сделали?
Минутка откинул со лба волосы.
– Я не понимаю, откуда вы, приезжие, наперед знаете, что я для всех шут? – сказал он.
– Как видите, я могу тотчас вручить вам эти деньги, – продолжал Нагель, – все зависит только от вас.
Минутка впивается взглядом в ассигнации. Растерянно глядит на них, облизывает пересохшие губы и не выдерживает.
–