потому, не желая ему навязываться, он направился в противоположную сторону, к колодцу, посмотреть на небо. Добрав-шись до колодца, он укрепил свечу в одной из щелей,
осторожно подошел к краю и, держась за стену, высунул голову. Над ним было ясное небо; солнце еще не скрылось, но в синеве уже тускло поблескивало несколько звездочек.
— Звезды? —-удивился Стоян.—Что это значит?.. Сегодня мне суждено наблюдать чудеса: непонятный гнев Николы и звезды днем.
Это явление, которого он не мог объяснить, чрезвычайно его заинтересовало. Он несколько раз высовывал голову и смотрел вверх, открывая все новые и новые звезды. Наконец, он обнаружил и еще кое-что. Над колодцем появилось женское личико, пара глаз заглянула вглубь. Стоян тотчас же скрылся, но вскоре снова высунулся и узнал Анку.
— Стоян? — долетел слабый голос сверху.
— Это ты? — спросил он.
— Конечно, я...— отвечала Анка.
— Теперь я вижу тебя и узнаю... Так ты пришла?
— Я уже раз двадцать приходила сюда... Ну, как ты там?
— Недурно... но я предпочел бы быть на земле, а не под землей.
— Может быть, тебе чего-нибудь нужно?
— Мне недостает тебя... тебя! — взволнованно сказал он.
Анка помолчала немного, а потом промолвила:
— Послушай, Стоян, ты уедешь в Румынию... и я туда собираюсь.
— Когда? Зачем?
— Не знаю, когда. Зачем? В... в монастырь,— выговорила она так тихо, что Стоян не расслышал.
— Как ты сказала? — спросил он.
— В...— и опять повторила шепотом, так что внизу не было слышно.
— Скажи погромче, чтобы мне найти тебя там.
— В Румынии ты меня не увидишь.
— Почему?
— Монастырь!
— Ты хочешь идти в монастырь?
— Да, хочу.
— Не делай этого! Ох, не делай! Прошу тебя! Оставайся в Болгарии и жди меня.
— А ты скоро вернешься? — спросила девушка.
— Постараюсь как можно скорее,— отвечал он решительно.
— Возвращайся поскорее! О, возвращайся поскорее! — Анка отвернулась, и некоторое время ее не было видно,